Банки не несут ответственности за перечисление средств по "высококачественным" фальшивым поручениям

30 января. FINMARKET.RU - Кредитные организации не несут ответственность за проведение операций по фальшивым документам, если подделку невозможно было выявить без специальных средств, решил Верховный суд (ВС) РФ.

Судебная коллегия по экономическим спорам (СКЭС) ВС РФ сформулировала такой вывод по итогам рассмотрения спора между обанкротившимся ООО "Татнефть-Архангельск" (с 12 марта 2014 года принадлежит Дмитрию Закатову) и ликвидируемым банком "Спутник".

В этой кредитной организации конкурсный управляющий "Татнефти-Архангельска" Элина Криксина открыла счет в феврале 2020 года. Вскоре, с апреля того же года, по платежным поручениям, якобы оформленным Криксиной, начались списания средств в пользу одного из кредиторов - ООО "Ю-Кэпитал". Всего в период до декабря 2020 года по 13 платежкам банк перевел этой организации 198 млн рублей.

Документы оказались высококачественной подделкой, которую можно было выявить только при наличии специальных познаний в почерковедении и наличии микроскопа и другого спецоборудования, установил позднее судебный эксперт. "Подписи (Криксиной - ИФ) и оттиски печатей имеют внешние сходства с оригиналами. Сопоставление платежных поручений и карточки клиента дают очевидное и полное визуальное сходство подписей и оттисков печатей", - приводится в материалах дела результаты экспертизы.

Договор "Татнефти-Архангельска" с банком, согласно судебным документам, предусматривал, что последний несет ответственность за неправомерное перечисление средств со счета клиента по поддельным документам, только если по внешним признакам платежного поручения простым визуальным сличением этого документа с образцом подписи и печати, имеющимися в карточке клиента, можно было установить поддельность платежного документа, но этого не сделано. Однако несмотря на это, и на результаты экспертизы, Арбитражный суд Самарской области счел, что банк должен нести ответственность за случившееся и включил требования "Татнефти-Архангельска" на 198 млн рублей в реестр кредиторов "Спутника".

Он исходил из того, что банк должен возместить причиненный из-за неправильного списания средств со счета клиента ущерб. "Банк не доказал отсутствие возможности с использованием предусмотренных банковскими правилами и договором процедур (сличением платежных документов с банковской карточкой) установить факт выдачи распоряжений неуполномоченным лицом", - говорится в решении первой инстанции. Апелляция и кассация с этим согласились.

Однако эти решения нижестоящих судов отменила СКЭС ВС РФ, куда обратились ликвидатор банка "Спутник" - Агентство по страхованию вкладов, а также один из кредиторов. Спор направлен на новое рассмотрение.

Коллегия напомнила, что как по прежним, так и по действующим правилам Банка России, кредитная организация удостоверяет правомочность документов "посредством проверки наличия и соответствия собственноручной подписи (собственноручных подписей) и оттиска печати (при наличии) образцам, заявленным банку в карточке с образцами подписей и оттиска печати". СКЭС ВС РФ сочла, что банк выполнил все свои обязательства по проверке достоверности документов. "При этом глубина проверки для банка ограничивалась визуальным сравнением внешних признаков указанных реквизитов. Иного не требовалось ни законом, ни договором", - говорится в опубликованном определении коллегии.

По ее мнению, банк доказал на основе экспертиз, что визуальное сличение подписи и печати указывало на их идентичность с имеющимися в карточке. "Банк проявил ту степень заботливости и осмотрительности, которая в данном вопросе требовалась от него законом и договором", - сказано в определении.

Коллегия написала также, что суды оставили без внимания и оценки ряд обстоятельств. В частности, банк "Спутник" считал, что конкурсный управляющий должен был быть осведомлен о списаниях денег со счета должника. В подтверждении этой версии он ссылался на синхронное открытие у него счетов "Татнефти-Архангельска" и "Ю-Кэпитала", на значительный по продолжительности промежуток времени, в течении которого осуществлялись платежи, и существенность их размера в масштабах деятельности должника. Кроме того, банк заявлял, что конкурсный управляющий пользовался интернет-банкингом, но затем письменно отозвал ключ и в тот же день начались спорные платежи.